11.03.2005
Донбасс - Депрессивный регион
Rupor
Когда кто-то из политиков назвал Донбасс «депрессивным регионом», он попал на все 100%. О процветании шахтерского края могут говорить только те, кто никогда не бывал здесь, или был последний раз 15-20 лет назад. Потому что 10-летие начала своего конца Донбасс уже отпраздновал.
Когда в середине 90-х начали закрывать шахты, то жители ожидали, что будет плохо. Масштабов не представляли. К концу тысячелетия Донбасс, кроме двух-трех улиц в центре Донецка и Луганска, не вызывает ничего, кроме жалости. Особенно глубокая периферия.
Родина встречает неизменным пейзажем – Алчевский металлургический комбинат, серый снег, черный лед, металлическая блестящая быль, привокзальные собаки в этой пыли и бабушка с ведром жареных семечек.
Чуть позже, по дороге из Алчевска в Брянку – местами заштопанная дорога, отсутствие буквы «Л» в постаменте на въезде-выезде из города (Алчевск превратился в Ачевск, город сталеваров и коксохимиков). И яркие синие ленточки, в изобилии повязанные на столбах и деревьях. Это непривычно режет глаз – Киев был «оранжевым», и его отличительные ленточки уже обтрепались, размылись, выгорели и испачкались дорожной грязью. А здесь они – как будто вчера повязанные. Как напоминание о недавних баталиях.
Как большинство шахтерских городов, Брянка образовалась из шахтерских поселков вокруг шахты. Поэтому частных одноэтажных домов больше, чем многоэтажек. Домики – замызганные и покосившиеся в большинстве. Многие заброшены – хозяева умерли или вовсе уехали из города. Шахт в городе осталось две, вернее, две с половиной – на закрытой в 2001 году «Краснопольевской» с официального разрешения городских властей и «Луганскугля», работает частное предприятие «Карат». Оставшийся уголь добывают из одной скважины. Шахтеры говорят, что деньги платят вовремя, а не «процентами», и несчастных случаев пока не было.
… Шахты закрыли, а поселки остались. Некоторые расположены за 6, 12, 18 км от центра города. Центр – это исполком, памятник Ленину, шесть домов-пятиэтажек, бывший кинотеатр «Юность», рынок, Дворец культуры им. Октябрьской революции. Кажется, ДК - последнее отремонтированное здание в Брянке – его «отрихтовали» и покрасили в бытность Анатолия Кинаха премьером. Тогда, в середине 2002 года он приезжал в Брянку, чтобы провести совещание – что же все таки делать с шахтерским регионом. С тех пор прошло три года – в шахтерском регионе все осталось по-прежнему. Ну, по крайней мере, ДК все еще имеет более-менее приличный вид среди всех остальных облезших строений, начиная домами и заканчивая школами.
… День брянковчан начинается рано по киевским меркам – около 7.00, и к 9.00 большинство важных дел оказываются уже сделанными – сходить на базар, приготовить еду.
Базар – основное развлечение. Хотя ничего особенного там не встретишь – крупы, овощи, сладости. Продукты жители предпочитают покупать на базаре – там они свежее, и есть выбор. После выборов потребительская корзинка подорожала и здесь – цены практически такие, как и в Киеве, хотя еще год назад ценники приятно радовали глаз отличием в 50 копеек - 5 гривен. Хотя доходы здесь намного меньше столичных.
Приличный заработок на семью из трех-четырех человек – 500 гривен. Бывают, конечно, исключения – руководители местных предприятий, торговцы, челноки. Поэтому экономия – главный принцип жизни в Брянке. На продуктах не экономят – семью нужно кормить. На одежде – очень даже, и это особенно заметно. Покупают дешевую одежду и обувь, большим спросом пользуется секонд-хенд. По крайней мере, там можно купить домашнюю одежду и одежду для огорода, еще одного обязательного атрибута.
Донбасская земля скупа на урожаи, и они бывают далеко не каждый год – можно посадить четыре ведра картошки, а выкопать, вернее, выковырять из пересохшей земли пять. И следующей весной снова сажать в надежде, что будет лучше, и, по крайней мере, на картошке можно будет сэкономить зимой.
Количество населения в городе упорно приближается к 60 тысячам (72 в начале 90-х), но это не означает, что именно столько сегодня в Брянке и живет. Вполне возможно, что на 5-10 тысяч меньше. Поскольку большая часть работоспособного населения уехала на заработки и возвращается на родину крайне редко. Не чаще одного раза в год.
Большинство моих знакомых (женщины в районе 30 лет) либо в Москве, либо ездят туда в гости к мужьям, мамам и прочим родственникам. Наиболее бойкие сами устроились лет 6-8 назад, и потихоньку перетащили туда семейство, устроив на нормально оплачиваемые рабочие места. Девушки работают в торговле, мужчины – на стройках, устраивают детей в московские детсады и школы, в общем, они почти москвичи.
В середине 90-х в Брянке ходил правдивый анекдот о самой известной массовичке города, неизменной ведущей всех городских праздников, концертов и утренников Валентине Ивановне. Она работала на Лужниках, продавала спортивные костюмы. И все работающие на Лужниках же брянковчане каждый день проходили мимо, уважительно здоровались и разговаривали о жизни. Хозяин Валентины Ивановны, представитель кавказской национальности, тоже стал уважительнее относиться к своему продавцу: «Видно, большой город Брянка, и ты, Валентина, не последний там человек, раз с тобой здоровается столько людей». Еще бы, 20 лет проводить утренники для всех школьников города!
Ужасы с проверкой паспортов и наказанием деньгами за отсутствие московской или хотя бы российской прописки отошли в прошлое. Украинские работники – то, на чем держится московская экономика, не без гордости говорю я. Какая москвичка пойдет работать продавцом женского белья, пусть и в один из магазинов «Охотного ряда» (киевский «Глобус» - жалкое его подобие), стоять по 12 часов в сутки, с одним выходным в неделю, и с одной неделей отпуска раз в году? А моя подруга детства стоит, и считает, что очень хорошо устроилась. Пять лет она снимает комнату у одной хозяйки в Новогиреево, и копит деньги, чтобы купить квартиру, но не в Брянке, а в Алчевске, который побольше и побогаче. В Алчевске работает большинство предприятий, и самое главное, конечно – Алчевский металлургический комбинат, на котором вовремя платят зарплату, и по тем меркам, очень неплохую – 500-800 гривен в зависимости от специальности. Но говорят, чтобы устроится туда, нужно дать взятку – с мужчин берут 300 у.е. за трудоустройство, с женщин – 400.
Жизнь сделала людей недоверчивыми. Общий упадок не мог не отразиться на их характере – оптимизм и вера в то, что в будущем жить станет лучше – это не про них. И не ждут приятных сюрпризов от местной и высшей власти – только очередное повышение цен, тарифов на коммунальные услуги, закрытия предприятий и окончательный упадок города вплоть до его исчезновения, или присоединения как поселка к соседнему Стаханову (родине стахановского движения). Они сами делают печальные прогнозы относительно своего будущего, и с удовольствием подтверждают их через некоторое время. Вот, в конце февраля в Брянке пошел слух о том, что налоговую инспекцию уже переносят в Стаханов.
Эти люди в удивлением следили за событиями, происходившими в Киеве в конце ноября – начале декабря. Мои знакомые недоверчиво интересовались: как люди могли жить полторы недели в палатках, без удобств? И не пили спиртное? И не принимали никаких таблеток? И просто как на работу ходили на Майдан? И им за это не платили? Я говорю – да, так все и было – не пили, не употребляли, ходили, платы не требовали. Сама ходила, посмотрите на меня. Как, просто так? – Нет, конечно. За идею.
И по их глазам я понимаю, что они не верят ни одному моему слову. Они не верят, что стоит бороться за какую-то идею – просто так. Потому что несколько лет ведут более изощренную борьбу – за выживание. Потому что отопительный сезон начинается в лучшем случае в ноябре, включая больницы и школы. Потому что половина города сидит без работы.
Я приглашаю новое правительство – поезжайте в Брянку. Безысходность и недоверие подчас страшнее коррупции и взяточничества гаишников. Гарантирую, что и непьющим после этого визита захочется выпить стакан водки, и постараться забыть увиденное.
Наталия Вернигора
Обсудить на форуме :
отправить статью по e-mail :
версия для печати
Загрузка ...
[Главная] [Луганск] [Украина] [Шоу-бизнес] [Общество] [Фотогалереи]
|
