Оперативная поставка новостей Луганска и Луганской области, шахтерского края, расположенного в восточной части Украины - Донбассе (Донецком бассейне).
Главные рекомендуемые рубрики: новости города Луганска и всей луганской области, общественная жизнь областного центра, деловые и торговые отношения бизнеса и услуг. новости Украины, России и всего мира,
новости всемирной сети интернет, новости шоу-бизнеса и жизни знаменитостей, интересные новости общества, видео новости.
1
Главное средство массовой информации о самом главном в жизни края.
Причин наберётся с сотню, но, в общем-то, все истории очень похожи.
Чтобы уезжать, нужна смелость, авантюризм и некоторые сбережения.
Или то место, куда хотя бы теоретически можно поехать, чтобы зацепиться, пусть туда звали очень условно, но всё-таки звали.
Знаю очень многих, чей мир в силу возраста и одиночества ограничивается Луганском.
Где-то есть родственники, но если ты последние лет тридцать с ними никак не общался, с чего бы их разыскивать и так обременять собой?
Многих это не останавливало, и родственники из просто дальних получали статус людей с другим мировоззрением, чужих, врагов на всю жизнь.
При встрече оказывалось, что никто не готов к долгому совместному проживанию, а многие начинали выяснять с приехавшими их политические убеждения и навешивать ярлыки, что это вы у себя сами там всё начали, а теперь ещё и недовольны чем-то.
А теперь представьте себе того, кто чувствует себя со всех сторон пострадавшим – на его землю пришла война, он вынужден был уехать, а тут ещё его во всем и обвинили – за всех сразу.
И если дома были налаженные связи, работа, жильё, то на новом месте приходилось начинать с нуля буквально всё.
Оказывалось, что в Луганске уйма людей знала тебя очень неплохим специалистом и надёжным другом, а на новом месте тебе приходилось доказывать это, а на это уходили не месяцы, годы!
Выдерживать стресс нового города, бесконечных рабочих мест, упрёков в Луганской прописке, недоверия, это ведь под силу далеко не всем.
И человек свыкался с тем, что лучше жить за копейки, но дома, чем на новом месте, где тебя не знает никто.
Оказывалось, что у многих просто не сформированы эти навыки борьбы за себя.
"Иду по Киеву и ищу в толпе знакомое лицо. И никого не знаю. Высматриваю каждый день какого-то знакомого.
Это очень тяжело – ты чужой и вокруг все чужие. Бывает, даже шкаф не с кем перенести", – рассказывает знакомая.
"Мы с товарищем шли по Нью-Йорку.
Мы тогда очень много работали, брались за все. И я уже плохо понимала, какой это был по счёту рабочий день у меня, потому что делала буквально всё – и в костюме куклы листовки раздавала, и убирала квартиры, и официанткой работала.
Я могла спать по нескольку часов всего за двое суток. И ясно было только то, что работать так нам ещё очень долго.
И вот мы идём, солнце слепит – и, вдруг, украинский флаг с балкона свисает. Мы переглянулись, и бросились в ближайший магазин, торт купили, бегом наверх. Даже не думали тогда, что дома никого нет или нам никто не откроет.
Мы тогда просто торт с этими людьми ели, и мне так хорошо было – этот час был часом силы для меня.
Как будто этот флаг именно нас ждал, чтобы поддержать.
Как знак, что смогу ещё много работать, сколько придётся, потому что у меня в Луганске остались мама и бабушка", – писала мне знакомая.
Вернувшиеся домой, конечно, винили во всём обстоятельства. Никто не ждал в новой жизни. Никто не звал.
Земля оказывалась слишком жёсткой в новых городах – больно падать, до слёз.
И вспоминалось отчего-то, как дома хорошо – и диван свой скрипучий, и обои в цветочек, и теплый запах сонного дома по утрам. И врачи в поликлинике знакомые, и даже в хлебном киоске продавец всегда здоровался. Это все было, прям, последней каплей – лучше хоть как-то, но дома.
И, знаете, эти вернувшиеся, побитые жизнью, становились другими. Дом свой для них стал многое значить, а люди вокруг стали давать силу.
Это не уезжавшим не с чем было сравнивать, и они ещё жаловались на что-то, были недовольны, а этим, вернувшись, многое становилось понятно. И главное, что лучше начинать именно здесь, где ты не один.
"Мы уехали в 2015-м с моим парнем. Мама нас прямо вытолкнула, сказала, что здесь жизни не будет.
Мои родители и родители моего парня собрали нам денег, и мы полетели в Норильск – там у моего отца был брат, он говорил, что поможет. На билеты ушла уйма денег, но ближе у нас никого не было.
Мы сразу решили, что снимем квартиру, чтобы дядю не стеснять.
Дядя и его жена, они, в общем-то, хорошие люди, но они всё себе иначе представляли. И помочь тоже особенно ничем нам не могли.
Мы стали искать работу сами. И знаете, как это было? Мой парень устроился мойщиком машин. По 12 часов каждый день.
Меня поначалу не брали – опыт у меня был небольшой, а высшее образование было незаконченное.
Было и такое, что, будто бы, брали меня, а после узнавали, откуда мы, и швыряли паспорт в лицо: "Нужны вы здесь из Донбасса".
Я потом нашла работу, тоже целыми днями – в странной фирме, по телефону предлагать товар. Но я и этому была рада.
И выходило, что мы целыми днями работали, чтобы оплачивать съёмную квартиру, в которой только спали.
Раз в неделю я готовила на неделю, больше не могла, не было сил. Мы всю неделю это и ели по вечерам, а часто даже на это сил не было.
Можно было бы пойти погулять, город посмотреть. Но на это нужны были деньги, а у нас каждая копейка была на счету – мы же ещё гражданство оформлять начали.
Папин брат только и делал, что нас поучал – ему казалось, что всё можно как-то быстрее и иначе получить. И мы так полгода прожили.
А потом я сказала, что больше не могу. Без семьи, без своего города, без поддержки. И нам снова родители деньги собрали, чтобы мы вернулись – своих у нас не было на дорогу.
Я не жалею, что мы вернулись. Даже не представляла до этого, что так привязана к своим родителям и семье, и парень мой, оказалось, тоже.
Друзья спрашивали, что мы привезли из этой поездки. А мы только и купили, что свитер и сумку – на всём там экономили".
Очень здорово слушать истории побед. Когда уехав, смогли. Выдержали, не сломались, не вернулись.
Но такие истории хороши как фильмы – в перемотке. Когда ты знаешь начало и конец истории, а середину со всеми случившимися трудностями ты перемотал, чтобы не огорчаться.
И, конечно, кажется, что и я бы смог – чего же, разве хуже.
Только какой ценой?
Ценой разлуки с детьми, с родителями, со своим домом, с друзьями. Со всем тем, что было твоим миром целую жизнь.
А между тем вокруг множество тех, кто помог уехать, взяв на себя внуков, присмотр за оставленными квартирами, закрыв глаза на то, что в городе больше никого не осталось.
Но о таких вещах почему-то очень редко говорят в контексте того, что где-то там, на новом месте, смогли.
