Письмо из Луганска: кто служит в рядах т.н. ополченцев-защитников

Источник

Я могла бы быть тем автором, который пишет о войне. Не о жизни обычных людей в зоне военного конфликта, а именно о людях с оружием, событиях, героизме...

С детства я зачитывалась книгами о войне. Пересматривала фильмы, впитывала в себя мужество, как и многих из моего поколения так воспитали. Может быть, где-то чуть больше вложив в меня, чем в моих сверстников.

Читайте також: В Луганске переживают за украинские пенсии, а не за выборы в Раду В Луганске переживают за украинские пенсии, а не за выборы в Раду

Еще до середины июля-2014 я была за тех, кто взял в руки оружие, чтобы защитить свою землю. Мне были понятны их лозунги и поступки. Первое отрезвление пришло, когда увидела вблизи одного из них – сожителя моей коллеги. Последние пять лет он не имел стабильной работы и не искал ее. Жили за ее доходы, с них она покупала ему водку, как мужчины иногда балуют своих дам мороженым. Она содержала его целиком. Именно он был тем первым бравым ополченцем, которого я увидела вблизи – солнцезащитные очки, бандана, обрезанные перчатки, автомат... Бравада во всем. Он заехал к ней на работу, она выскочила к нему восторженная и окрыленная – ее мужчина нашел себя и нашел работу!

Так о чем была бы моя книга? Об этом непутевом пьющем мужике, который пошел туда, где кормят и наливают, где такие же неустроенные по жизни неудачники? Хотя я долго еще верила и надеялась разобраться во всем. Брошенным щенком я заглядывала всем в глаза – скажите, как быть? Как правильно? Кто прав в этой войне? Почему-то я помню людей с оружием, которые остановили "скорую" для досмотра – нас с температурой везли с ребенком в инфекционное отделение, а они искали диверсантов. Потом мы шли из больницы пешком и наткнулись на людей с оружием у больницы – это место держали под контролем. Я испытывала страх, недоумение, растерянность... За кого я? И никто не пытался помочь мне разобраться в этом.

А потом все как-то стало на свои места. Я искала положительные примеры. Я искала тех, кто сможет меня убедить в том, что все происходящее – единственно правильный путь. И пока я брела в потемках, пока я искала ответы на свои вопросы, все становилось на свои места. Жизнь играла нами, как пешками. Отсутствие банков и выплат, отсутствие света и воды. Страх. Шерстяной ковер под щекой и запах жаркого дома.

Сосед-ополченец привозил своей семье мешками дрова и продукты – тушенку, макароны... В темноте, чтобы мы не видели этого. Он защищал свою семье в первую очередь и свои интересы. Мы жили через забор и видели многое. Все пять лет они носят ту форму, которой сын смог обеспечить свою семью – все, что мог, за время своей службы. Он был, как и многие, и поступал как и все вокруг – ратуя за интересы своих близких.

Да, я могла бы быть тем автором, кто пишет красивые книги о мужестве простых людей. Но для этого нужно было не жить здесь и не проходить через все. Приехать, проехаться в сопровождении "лучших ребят" в форме по показательным военным объектам и написать книгу. Изнутри все видится совсем в других красках.