Медийная звезда Донбасса

Источник

Моторола, звезда медийной войны

На гражданскую панихиду по убитому командиру самопровозглашенной Донецкой республики Арсению Павлову пришло две тысячи человек. Специальный корреспондент «Новой газеты» Павел Каныгин рассказывает, как и почему Моторола стал «народным героем» вооруженного конфликта в Донбассе, не имея при этом очевидных военных заслуг

В жизни «героя гражданской войны в Донбассе» Арсения Павлова есть одна особенность: карьера, слава и даже смерть этого человека — целиком и полностью заслуга российского телевизора. Именно российская пропаганда в свое время заставила его поехать воевать с «правосеками», ополчившимися против «русского мира»: «Увидел в новостях, что тут происходит. Сел на поезд и приехал. Не вникал. Русские здесь, вот и приехал». Пропаганда раскрутила этого никому неизвестного автомойщика из Коми, превратив его в звезду «гибридной войны». Но, по не ведомой никому закономерности, звезды на этой войне долго не живут. Арсений Павлов погиб в лифте дома, где жил. И никто не может вспомнить, чем прославился в военном смысле этот человек. Через год мало кто вспомнит о нем и вовсе.

В сравнении даже со Стрелковым-Гиркиным, Безлером или Мозговым — другими известными «народными командирами» со стороны ЛНР-ДНР, также бесславно исчезнувшими, — военные успехи Павлова выглядят сомнительно. Стрелков-Гиркин смог захватить и удерживал почти два месяца Славянск; Безлер основал в Горловке реальную хунту, жестоко подавив в этом городе с давней бандитской историей всякую преступность; Мозговой создал, пожалуй, самое боеспособное сепаратистское подразделение в ЛНР — батальон «Призрак».

Какие же успехи на военном поприще были у Моторолы? Оказавшись в Донецке, Моторола занял самую горячую точку города — аэропорт. Контроль над ним имел стратегическое значение для обеих сторон. На протяжении года за аэропорт шла вялотекущая позиционная битва. Целый год Моторола вместе со своим боевым товарищем Гиви вел с территории жилого квартала безрезультатный обстрел «киборгов» — украинских силовиков. Но судьбу аэропорта в итоге решили другие люди, «зеленые человечки», за две недели выбившие из разрушенного здания украинскую армию. Нехитрая же задача Моторолы состояла в том, чтобы быть лицом этой долгожданной «победы ДНР».

По сути, на протяжении всей войны роль Моторолы сводилась к выполнению именно этой простой пиаровской задачи — быть лицом чужих побед, прикрытием другой армии, образом, который отвлекает внимание. Такая задача требовала от героя чрезвычайной медийности, и герой поддерживал ее на высоком уровне профессиональной телезвезды. Прикрученные к шлемам Моторолы и его бойцов камеры GoPro фиксировали «народную войну» и быт воинов; отснятые материалы затем становились основой для многочисленных остросюжетных роликов, которые демонстрировались российским телевидением. Приезжали к Мотороле и целые съемочные группы, причем не только из России.

Что еще привлекательного находили в Мотороле продюсеры? Телевизионная картинка войны, которую он предлагал. Она была наиболее доступна во всех отношениях: аэропорт близко к Донецку и не надо ехать далеко — из гостиницы со всем оборудованием можно добраться хоть на такси. К приезду журналистов бойцы для экшена даже начинали минометные обстрелы ВСУ, а те сразу открывали огонь в ответ. Укрыться можно было в жилой девятиэтажке, там боевики устроили себе базу и штаб, а соседями их были несколько обезумевших от бесконечной стрельбы пенсионерок. «Что значит подставляют нас под огонь? Да они защищают нас от фашистов!» — говорили мне тогда бабушки, перекрикивая невыносимый грохот обстрела. Первое время такие сафари для журналистов ничего не стоили, позже люди Моторолы стали брать деньги, преимущественно с иностранцев.

Не знаю, осознавал ли сам Арсений Павлов свою задачу — медийного прикрытия, — которую выполнял старательно до собственной гибели. Из нашего с ним непродолжительного общения осенью 2014 года я понял, что журналистам Моторола не доверяет и предпочитает работать с аудиторией напрямую — через YouTube, куда заливались все отснятые видео о его «народной войне» с «укрофашистами».

В отряде Моторолы действительно воевали как на подбор простые местные мужики, те самые, о которых Путин говорил «шахтеры и трактористы». Таким же был и Моторола — простым автомойщиком из Коми. Его желание преуспеть и прославиться пришлось кстати, когда воюющие в Донбассе «зеленые человечки» стали более чем очевидны. Моторола и его отряд были антитезой российского военного присутствия не только в битве за аэропорт, но и за Дебальцево. Образ его эксплуатировался российскими медиа до тех пор, пока Кремль изображал в Донбассе стихийную «народную войну». Сегодня от этого образа почти ничего не осталось ни на Западе, ни в самой России, где даже официозные соцопросы показывают: средний россиянин не против «ограниченного присутствия российских войск» в самопровозглашенных республиках.

На территории ЛНР и ДНР уже завершилось формирование регулярных армий из числа местных жителей, командирами там выступают российские «отпускники». Народные комбаты-автомойщики из YouTube российскому телевидению больше не нужны.

Павел Каныгин