ИноСМИ
В случае реальных боевых действий Черноморский флот России, который дислоцируется на территории Украины, будет потоплен одним ударом в Севастопольской бухте.

Военный корабль Черноморского флота Российской Федерации «Сметливый» оставил Севастополь и взял курс на проливы Босфор и Дарданеллы, к берегам Сирии. В Сирии, как известно, уже полгода продолжается вооруженное противостояние между властью и оппозицией страны. Президента Сирии Башара Асада обвиняют в убийстве мирного населения, в частности женщин и детей. Действия Башара Асада осудил весь цивилизованный мир, в свою очередь Россия выражает, а теперь еще и оказывает ему поддержку...

Дело их, но возникает логический вопрос: почему Украина должна приобщаться к этой поддержке России? Ведь, напоминаем, российский корабль к берегам Сирии вышел с украинской территории. Украинская власть просто промолчала... В Министерстве иностранных дел сказали, что это вопрос к Минобороны. Мы написали информационный запрос в Минобороны, там очень удивились, что мы у них об этом спрашиваем и, в свою очередь, переадресовали нас в МИД, мол, там есть комиссия, которая непосредственно занимается ЧФ, и именно МИД подписывает международные договоры, а не Минобороны. На это промолчал и украинский президент Янукович, который поспешил было в свое время продолжить базирование ЧФ РФ на территории Украины. Имеет ли право Россия отправлять военные корабли из Украины? Чем это может грозить Украине? Об этом мы спросили у экспертов.

Владимир Огрызко, министр иностранных дел 2007-2009 гг.:

Украина может стать сирийской мишенью

Цель России здесь очевидна — продемонстрировать поддержку власти Сирии. И заход военного корабля в порт — это откровенная демонстрация поддержки той или иной позиции Сирии, ее режима. Здесь никаких сомнений нет.

Дело в том, что россияне, находясь на нашей территории, не обязаны нам конкретизировать, куда направляют корабль. Но мы люди умные, поэтому нам не трудно догадаться, с какой целью российское руководство отправляло военные корабли в 2008 году во время вооруженного конфликта с Грузией и не трудно догадаться, зачем это делается сейчас. И не важно, как они это аргументируют.

А позиция МИД в том, что позиции нет.

Есть ли опасность для Украины? Теоретически угроза существует. Вспомним грузинский конфликт... Если бы у грузин были нормальные вооруженные силы, они бы спокойно могли нанести удар по Севастополю — по городу, из которого пришли корабли и начали обстреливать территорию Грузии. И это был бы нормальный адекватный шаг Грузии.

В данном случае ситуация немножко сложнее. Обстрела Севастополя из Сирии не будет, но существует другая вполне реальная угроза. Где гарантии, что не появится кто-то, кто решит отомстить за военный корабль, который пришел из территории Украины? И ему не важно, кому он принадлежит.

Кстати, это то же, что было в Тулузе: появился 23-летний парень, который решил отомстить французам за то, что они сделали на его родине.

Этого исключать никоим образом нельзя. Поэтому такие шаги россиян превращают нас в мишень. Спрашивает ли себя кто-то во власти, что будет если в нас попадут?

После Грузии этот вопрос стоял четко. Вышли два указа президента о том, что действует не подведомственный характер выхода и входа в территориальных воды Украины кораблей ЧФ, а разрешительный. То есть мы требовали, чтобы украинская власть за 72 часа была поставлена в известность о движении того или иного корабля. Речь шла также о том, что мы должны были обязательно знать, куда корабль выходит. Россиянам такой указ стал поперек горла, сказали, что это должно быть вынесено на обсуждение. Обсуждается доныне. Пока еще результата нет. И во время Харьковских соглашений этот вопрос даже никто не затрагивал.

Григорий Перепелица, эксперт по международной политике, профессор Киевского национального университета им. Т. Шевченко:

В случае военных действий Черноморский флот будет потоплен одним ударом в Севастопольской бухте

Официально Россия никому войну не объявляла. Пошел ли корабль на боевую службу, выполняет ли он какие-то разведывательные задачи, мы об этом не знаем. Поэтому, наверное, украинская сторона и не отреагировала на выход корабля из ЧФ. Но...

С 1997 года до Харьковских соглашений украинская сторона затрагивала вопрос о подписании специального соглашения относительно действий ЧФ в условиях военного положения. Был даже проект такого соглашения, он имел название “Как в условиях чрезвычайного или военного положения должны действовать силы Черноморского флота”.

Какой был интерес для украинской стороны? Не быть втянутой в чужую войну, потому что в соответствии с международным правом, независимо от того, какие силы находятся на той или другой территории, если с этой территории осуществлено нападение, значит, эта страна считается агрессором. То есть фактически в условиях российско-грузинской войны грузинская сторона полностью могла рассматривать нас как агрессора. Потому что с украинской стороны было осуществлено нападение на территорию Грузии.

Одно дело — когда российский флот на кого-то нападает, другое дело — когда нападут на сам Черноморский флот в Севастополе. То есть нанесут удар по Севастополю. А в любой войне на морском театре первоочередное задание — уничтожить флот на базе. Поэтому в случае, скажем, вмешательсве России в войну с Турцией, первое, чего можно ожидать, согласно, так сказать, военным канонам, - это удар по Севастополю. Как в такой ситуации действовать ЧФ, ведь для того, чтобы оградить себя, ЧФ, как и любой другой флот, должен иметь береговую инфраструктуру: противовоздушную оборону, береговые войска? Он их не имеет. Поэтому кто бы должен был прикрывать его, скажем, с берега? Никто. Потому что у нас перед Россией таких обязательств, мы не являемся ее союзниками в этом. То есть в случае реальных боевых действий этот флот будет потоплен одним ударом в севастопольской бухте. И с военной точки зрения, самой России было бы важно прописать общие действия в период военной ситуации.

До сих пор Россия различными способами уклоняется от договоров, которые бы четко коррелировали позиции двух сторон в условиях военного времени.

В 90-ые годы наш МИД говорил, если какая-то война начнется, мы денонсируем соглашение и пусть себе этот флот делает, что хочет. Но мы увидели, что в период российско-грузинской войны никакой денонсации не было. Напротив. Половина ВР Украины голосовала за то, что Грузия является агрессором, а не Россия.

Вот представьте себе, если бы такая ситуация была сейчас, кто бы голосовал за Украину и кто бы голосовал за Россию в этом парламенте и затронули ли бы они вопрос денонсации Харьковских соглашений в таких условиях?

До 2010 года на российско-украинской комиссии поднимался вопрос об условиях пребывания ЧФ РФ в военное время. Но после Харьковских соглашений все эти вопросы сняли. Потому, к сожалению, мы сможем лишь просить Россию, потому что законных оснований мы не должны требовать чего-то от нее. А она по своей доброй воле может предоставить нам информацию или не предоставить, но считаться с украинской стороной точно не будет.

А Россия поддерживает Сирию потому, что в Сирии, как и в России, авторитарный режим, и она боится, что такая же ситуация может повториться и в России. Кроме того, Сирия является постоянным покупателем российских вооружений.

Валентин Бадрак, Центр исследования армии, конверсии и разоружения:

Россия не готова обращаться с нами как партнер

Конечно, для Украины было бы очень хорошо, если бы российская сторона согласовывала потенциально рискованные в военной сфере выходы кораблей ЧФ или участие подразделений флота в любых военных мероприятиях. Мы в свое время зафиксировали, что рота морской пехоты российского ЧФ принимала участие в чеченской военной кампании. Еще тогда это классифицировали как определенную опасность для Украины. Потому что сторона, против которой потенциально выступает российская сторона может нанести по Украине удар, в том числе и военный, по базе флота, а поскольку это территория Украины, то мы сталкиваемся с явной опасностью и дополнительными рисками. Но, к сожалению, российская сторона не готова обращаться с нами как партнер в этом вопросе.

Этот вопрос должны были бы уладить на межгосударственном уровне. Украина с Россией проводила очень много переговоров, и все переговоры, которые касаются какого-то регламента или уступок России относительно перевооружения, переоснащения флота или даже относительно верификации, наталкивались не недоразумения с российской стороны.

Конечно, для Украины все-таки нужно вынести эти вопросы на переговоры и достичь четкой договоренности, чтобы Россия согласовывала выход своих военных кораблей с нашей территории.

("УНИАН", Украина)
Оксана Климончук